В истории Шайтанского завода Акинфия Демидова, изложенной в наше время на электронных ресурсах и в литературе, есть устоявшиеся «истины», которые нуждаются в существенных уточнениях. В первую очередь, следует критически рассмотреть популярную версию, согласно которой дозволение на строительство этого завода было дано Берг-коллегией благодаря отысканию рудознатцами Демидова в зоне будущего завода месторождений железной руды. В книге известного писателя Алексея Иванова об этом повествуется следующим образом:

«Акинфий не зря грозил плетьми своим рудознатцам. Пытливые мужики сыскали-таки рудные месторождения — и не одно, а несколько и не только на Чусовой, но и на Сылве. Акинфий «объявил» их горному начальству, и тому не оставалось ничего иного, как разрешить строительство заводов. И в 1727 году Акинфий Демидов построил на Чусовой при лесопильной мельнице на речке Шайтанке завод Шайтанку (быстро ставшую Старой Шайтанкой)» [1].

В той же книге (стр. 31) сказано прямо:

«Завод работал на местной руде и выпускал «полуфабрикат» — «крицы», «сырое железо».

Чуть ниже:

«В конце XIX века окончательно истощилась рудная база завода, а в 1905 году закрылась и кричная фабрика. Завод умер».

Такова версия известного писателя, которая была растиражирована  электронными ресурсами, вошла в туристические путеводители. Казалось бы, «железная логика»: отыскано месторождение железной руды, по квоте построен  железный  завод, который умер, как только истощилась его рудная база.

Логично для невзыскательного читателя. Более подготовленный читатель, кое-что знающий о процессах получения железа, удивится: завод работал на местной руде? Как это могло быть при отсутствии на заводе домны? Неужели на Шайтанском заводе был применен известный с древнейших времен сыродутный метод прямого получения железа из железной руды?  Не может быть. Ведь в XVII – XVIII вв.  применялся более производительный и экономичный двухступенчатый метод получения железа с предварительной выплавкой чугуна в домнах и последующим его  кричным переделом. На этой стадии чугун подвергался плавлению в кричном горне на слое древесного угля, а затем полученная крица проковывалась, «отжималась» от излишнего шлака под кричным молотом.

Наконец,  историк, считающий за правило писать строго по документам, постарается найти ответ, заглянув в «святцы» — архивы и старинные публикации. Так что же говорят эти источники?

Напомним, что 27 января 1726 г. А.Н. Демидов обратился в Берг-коллегию за разрешением выстроить сразу три завода на Урале: на реках Утке, Шайтанке и Черном Истоке. В заявке Демидов писал, что при Невьянском заводе леса, потребные на уголь и на стройку, «обрубились вокруг верст на 20 и более, отчего бывает в деле железа за воскою угля немалая остановка». Поэтому он намерен на Невьянских заводах сохранить только плавку чугуна («надлежит быть на тех заводах только одним домнам»), а молотовые должны быть в другом месте, максимально приближенном к удобным водным путям [2].

Это была  новая стратегия, отличная от общепринятой трактовки Берг-привилегии, выраженной следующей упрощенной формулой:

«Нашел руду, вбил кол, отмерил вокруг 30 верст — твое».

Впервые на Урале А. Демидов обосновал необходимость строительства молотовых (передельных) заводов без рудной базы, в их числе был и Шайтанский завод, хотя, справедливости ради, надо сказать, что первый в России чисто передельный комплекс был пущен под Тулой выходцами из Нидерландов еще в 1653 г. (Юркин И.Н.).

Доводы А. Демидова были убедительными, и уже 9 февраля 1726 г. Берг-коллегия выдала соответствующий указ о разрешении нового строительства на Урале, а 1 сентября 1727 г. Шайтанский передельный завод, оборудованный двумя молотами, начал функционировать. По этому поводу читаем у В.И.  Геннина:

«И на дело при том заводе железа чюгун привозят с Тагильских ево (Демидова. — Г.Н.) заводов. И под двумя молотами зделываетца при оном железа в год 16 000 пуд» [3].

Вначале Шайтанский завод занимался переделом чугуна Верхнетагильского завода, который доставлялся гужевым транспортом.  С середины 1730-х годов, когда Уткинский завод (Старая Утка) стал не только передельным, но и чугуноплавильным, часть производимого им чугуна направлялась на Шайтанский завод водным путем.

Во второй половине XIX века, когда завод стал собственностью Н.А. Стенбок-Фермор, чугун поступал с Верх-Исетского и Уткинского (Новая Утка) заводов. Для примера, в 1863 г. было привезено 25,1 тыс. пудов, из которых сделано 18,9 тыс. пудов кричной болванки [4].

Таким образом, согласно приведенным источникам, ни о каких месторождениях железной руды для нужд Шайтанского завода речь не идет. Завод  в течение всего времени существования производил кричное железо путем передела чугуна, привозимого с чугуноплавильных  заводов его собственников.

Казалось бы, всё ясно, и на этом вопросе можно поставить точку. Однако  на ряде электронных ресурсов встречаются сообщения о том, что «в прошлом в пойме реки Шайтанки и по её притокам было много железных рудников». Потребовались дополнительные исследования для выяснения, что  стоит в действительности за этими ничем не подтвержденными сообщениями.

Изучение автором архивных материалов позволило  выявить интересную записку под многообещающим названием «Сведения о рудниках и месторождениях полезных ископаемых, открытых в даче Шайтанского завода Верх-Исетского посессионного заводского округа наследников графини Н.А. Стенбок-Фермор». Дата: 6 февраля 1900 г.[5].

В этой записке перечислены пять железных рудников с указанием их местонахождения:

  1. Верхне-Шайтанский железный рудник, кв. 157.  Между речкой Шайтанкой и Крутым Логом в 420 саженях от первой и в шести с половиной   верстах от Шайтанского завода.
  2. Нижне-Шайтанский железный рудник, кв. 153. По Михееву логу в 100 саженях от русла речки Шайтанки и от Шайтанского завода в четырех верстах.
  3. Леневский железный рудник, часть дачи Ю-В, кв. 137. По речке Леневке от Шайтанского завода в двух с половиной верстах.
  4. Колодный железный рудник, часть дачи Ю-В, кв.145,146. По речке Колодной от Шайтанского завода в одной версте.
  5. Березово-Горский железный рудник, часть дачи Ю-З, кв.164,165. В вершинах Малой Шайтанки, от Шайтанского завода в девяти верстах.

В том же 1900 г., в январе, по инициативе управляющего Верх-Исетскими заводами А.И. Фадеева были начаты геологические исследования во владениях наследников графини Н.А. Стенбок-Фермор, которые продолжались до мая 1904 г. Сопоставив дату записки (6 февраля 1900 г.) со временем начала геологических исследований, нетрудно понять, что они связаны между собой. Видимо, в записке заказчиком излагалась  некая исходная информация, которую надлежало проверить в ходе предстоящих разведывательных  работ.

Исследованная площадь включала в себя Шайтанскую, Верхне-Тагильскую, Верх-Нейвинскую, Северную-Уткинскую и Верх-Исетскую дачи. Руководил этими исследованиями Василий Васильевич Никитин — горный инженер, будущий профессор и директор Санкт-Петербургского горного института. Цель  исследований: выработка оснований для проекта надела землей  бывших мастеровых и сельских работников, приписанных к заводу (закон от 19 мая 1893 г.).   Важно было не допустить, чтобы в выделяемых в личную собственность наделах оказались полезные ископаемые. Поэтому по покосам распределялись шурфы, они пробивались до глубины 5-6 саженей и больше, и принималось решение в зависимости от содержания золота, железной руды, медного колчедана и других ископаемых [6].

В объемном и хорошо изданном отчете по проведенным  геологическим исследованиям о Шайтанской и Сылвенской дачах  сказано весьма кратко:

«Рудники Шайтанской дачи и Сылвенской не представляют никакой ценности, тогда как среди рудников Уткинской есть такие, которые обещают выгоды разработки ещё и в будущем»[7].

Там же приведена краткая характеристика Ельничного рудника Сылвенской дачи:

«Представляет скорее ряд разведочных довольно глубоких шурфов, частью дудок, чем работавший когда либо рудник».

Весьма ценно и такое замечание:

«По показаниям объездчика, последние работы здесь были лет тридцать тому назад при управителе Шайтанского завода Григории Махотине».

Напомним читателю, что «тридцать лет назад» — семидесятые годы XIX в.

Эти сведения косвенно подтверждает рекламный проспект «Верх-Исетский горный округ», изданным типографией «Урал»  в 1902 г. В нем описания Шайтанского и Сылвенского заводов не содержат даже упоминания о каких-либо рудниках. Будь они на самом деле, составители проспекта не обошли бы их вниманием. Например, как это сделано по Уткинскому заводу:

«В заводской  даче находится тридцать пять рудников, из которых работают двадцать один. В год средним числом добывается 450000 пудов руды (бурых железняков)»[8].

Таким образом, приведенные источники подтверждают, что Шайтанский завод не имел собственной рудной базы, да и не нуждался в ней, являясь чисто передельным (железоделательным) заводом. Сообщения о наличии «многих рудников» порождены, видимо, сохранившимися слухами о разведочных работах, которые проводились на дачах Шайтанского и Сылвенского заводов во второй половине XIX в.

Понятно, что и закрытие завода никак не связано с «истощением рудной базы». В начале 1900-х годов промышленный кризис привел к снижению спроса на продукцию округа и падению производства. Руководство округа, стараясь сократить накладные расходы, закрыло завод в 1908 г. [4].

Так выглядит кратко изложенная на документальной основе история возникновения Шайтанского железоделательного завода Акинфия Демидова. Как видим, она существенно отличается от известных публикаций.

Источники

  1. Иванов А.В. Message: Чусовая. — СПб.  Издательский Дом «Азбука-Классика», 2007. С. 278.
  2. Кафенгауз Б.Б. История хозяйства Демидовых в XVIII – XIX вв. Изд. АН СССР, 1949. С.168.
  3. Геннин В.И. Описание Уральских и Сибирских заводов 1735 г. М., 1937. С. 621.
  4. Металлургические заводы Урала XVII – XX вв. Энциклопедия. Академкнига, Екатеринбург, 2001. С. 513 -514.
  5. ГАСО. Ф.72. Оп. 1. Д. 4693.
  6. Никитин В.В. Геологические исследования центральной группы дач Верх-Исетских заводов, Ревдинской дачи и Мурзинского участка. Труды Геологического Комитета, вып. 22, СПб, 1907.
  7. Никитин В.В. Указ. Соч., С. 142.
  8. Верх-Исетский горный округ, тип. газеты «Урал», Екб, 1902. С.25.

Источник: Проза.ру / Геннадий Николаев

1